Тонкая полоска моря на горизонте, легкой голубой воды. В комнате зеркала белые, призрачные, дыхание утра тихое, прерывистое, одинокое. Беру тебя на руки, в тоненькое одеяло, целую в макушку, несу умывать. Пахнешь сладким нектаром, цветочной пыльцой и молоком, смотришь новое утро, щуришь глаза…пылинки на ресницах…прозрачные веки, одна нежность.
За завтраком слушаем ветер. Теплый ветер звучит иначе, мягко, не звенит, а шуршит, как викторианское платье со шлейфом, обнимает, как банное полотенце, целует шею влажными губами. Некрепкий чай, масло…крошки от булочек по скатерти и ни-ко-го, кроме нас с тобой.
Иду к морю, ты зарываешься лицом в мою шею и дышишь так часто..твоя детская кожа, горячая солнцем, касается плеча и я понимаю жизнь, понимаю смерть, понимаю счастье и несчастье, сладость и горечь, понимаю любовь. Теперь именно такими, какими их задумал Бог.
Ракушки покусывают ступни, на запястье белая полоска от браслета, волосы вьются, задерживаются на миг у лица и снова взлетают над головой золотистой короной.
Пью из бутылки прохладную воду, смотрю на море, на солоноватый берег, на соломенные зонтики пляжа. Ты крутишь пальцами мои волосы, трогаешь цепочку на шее, улыбаешься, и на твоей левой щеке появляется маленькая ямочка - крошечный поцелуй ангела.
Два часа на берегу, два часа глубоких вдохов и нашей тишины. Приходит день.
Обедаю фруктами с белым вином. Ты смотришь на маленькую карусель над кроваткой, вскрикиваешь, улыбаешься широко и снова что-то пытаешься сказать игрушке на своем детском языке. Я счастлива тем всеобъемлющим счастьем, какое узнала только с твоим рождением.
Вечер наступает медленно, постепенно стелит на землю тени сероватыми слоями, уводит Солнце за горизонт. Ветер стих. Я пишу рассказ на веранде, в окнах отражается яркое многоцветие закатного неба. Далеко в стороне в дачном поселке от этих отражений вспыхивают окна так, что кажется дома охвачены прекрасным золотым пожаром.
Главное произошло: лето здесь, лето о нас не забыло.
Ты уснул.
За завтраком слушаем ветер. Теплый ветер звучит иначе, мягко, не звенит, а шуршит, как викторианское платье со шлейфом, обнимает, как банное полотенце, целует шею влажными губами. Некрепкий чай, масло…крошки от булочек по скатерти и ни-ко-го, кроме нас с тобой.
Иду к морю, ты зарываешься лицом в мою шею и дышишь так часто..твоя детская кожа, горячая солнцем, касается плеча и я понимаю жизнь, понимаю смерть, понимаю счастье и несчастье, сладость и горечь, понимаю любовь. Теперь именно такими, какими их задумал Бог.
Ракушки покусывают ступни, на запястье белая полоска от браслета, волосы вьются, задерживаются на миг у лица и снова взлетают над головой золотистой короной.
Пью из бутылки прохладную воду, смотрю на море, на солоноватый берег, на соломенные зонтики пляжа. Ты крутишь пальцами мои волосы, трогаешь цепочку на шее, улыбаешься, и на твоей левой щеке появляется маленькая ямочка - крошечный поцелуй ангела.
Два часа на берегу, два часа глубоких вдохов и нашей тишины. Приходит день.
Обедаю фруктами с белым вином. Ты смотришь на маленькую карусель над кроваткой, вскрикиваешь, улыбаешься широко и снова что-то пытаешься сказать игрушке на своем детском языке. Я счастлива тем всеобъемлющим счастьем, какое узнала только с твоим рождением.
Вечер наступает медленно, постепенно стелит на землю тени сероватыми слоями, уводит Солнце за горизонт. Ветер стих. Я пишу рассказ на веранде, в окнах отражается яркое многоцветие закатного неба. Далеко в стороне в дачном поселке от этих отражений вспыхивают окна так, что кажется дома охвачены прекрасным золотым пожаром.
Главное произошло: лето здесь, лето о нас не забыло.
Ты уснул.
"В мои годы неплохо пожить в окружении гор. Слышно, как дождь орошает листья деревьев, а не болтовню прохожих под окнами. Всегда лучше жить там, где слова способны превращаться в листву, обретать цвет в тон облакам и мчаться по ветру. Слово должно хранить настроение времени года и звучание места, где оно появилось на свет. Неправда, будто слово равнодушно к воздействию шума или тишины у его колыбели. Слова звучат по-разному под дождем или на солнце, способном обжечь гортань."
Вчера скончался прекрасный, глубокий, красивый человек, Тонино Гуэрра.
Вчера скончался прекрасный, глубокий, красивый человек, Тонино Гуэрра.
Третий день на завтрак пахлава...скоро не пролезу в дверь...))
Уже льется, катит, падает и разбивается о землю все то, чего я так давно ждала.
Весна...медовая-чайная, прохладная и тягучая..моя!
По утрам уже не страшно отодвигать штору - не боишься увидеть грязное безобразие.
Завтра уже Новруз и, видимо, сесть на диету прямо перед ним было не самой лучшей идеей)))
Весна...медовая-чайная, прохладная и тягучая..моя!
По утрам уже не страшно отодвигать штору - не боишься увидеть грязное безобразие.
Завтра уже Новруз и, видимо, сесть на диету прямо перед ним было не самой лучшей идеей)))
У нас все хорошо, Эльдар растет и с каждым днем становится все более классным) Вчера ему стукнуло 2 месяца, не могу поверить!) Он уже во всю улыбается нам, агукает и стал горрраздо спокойнее. Мы снова вспомнили, что такое спать по ночам (вот уже 3 недели как)))
А еще у меня теперь появился отдельный блог конкретно про него: bublik_i_ya.livejournal.com
Хочу, чтобы этот ЖЖ все таки оставался больше лично для меня, поэтому сюда про сына писать буду, но не часто) Кому интересно, френдите)
Вот так Эл выглядит сейчас:
А еще у меня теперь появился отдельный блог конкретно про него: bublik_i_ya.livejournal.com
Хочу, чтобы этот ЖЖ все таки оставался больше лично для меня, поэтому сюда про сына писать буду, но не часто) Кому интересно, френдите)
Вот так Эл выглядит сейчас:
Пам-ба-ра-бааам!)
Итак, друзья мои, 16го января в 19.55 я родила нашего волшебного сына по имени Эльдар :)
Это, конечно, чудо!
Мы дома, все хорошо, шлем вам привет!
Ура)
Итак, друзья мои, 16го января в 19.55 я родила нашего волшебного сына по имени Эльдар :)
Это, конечно, чудо!
Мы дома, все хорошо, шлем вам привет!
Ура)
Читала вот тут Ерофеева и соглашалась, соглашалась, соглашалась:
"Ленин верно заметил, что в России есть две культуры: дворянская и «наша». Дворянская культура не жалела сил, чтобы поднять статус русской женщины. Стихами и прозой Пушкин и Тургенев, Тургенев и Пушкин вбивали в русские головы, что женщины выше, честнее, благороднее мужчин. Некрасов изобразил декабристских жен идеалом национального характера. Толстой, Достоевский, Чехов – да все они! – вознесли женщину на пьедестал, но она там не устояла. «Наша» культура оказалась сильнее. Она не была такой многословной, велеречивой, но пословицы выдали ее сущность, говоря сами за себя. Пословицы раздавили женщину как человека. Она стала предметом насмешек и унижения. Она потеряла вдобавок и статус женщины. Она превратилась в бабу, то есть определилась презрительным словом, непереводимым на большинство иностранных языков."
Печально, но факт. Россия легко рассталась с идеей "вознесения женщины на пьедестал", потому что этого в принципе не было в русской культуре. Русские люди - неисправимые язычники. Привози ты им из Европы хоть какие идеалы, образцы искусства и т.п. - наступит тот день, когда они разожгут костер и, приплясывая, радостно все это забудут. Только идолы меняются, суть остается. В русском человеке бушует стихия! И медленно, планомерно его воспитать в каком бы то ни было духе не получится, можно даже не пытаться.
Русской женщине и самой нравится быть бабой. Ну какой с бабы спрос? Ей бы счастья, простого, женского (в каком еще языке присутствует особняком "женское" счастье?). Во времена царизма - поиграть в принцессу, в советское время - достать помадку, сапожки, бусики какие и стать женой главного инженера, в 90-е найти своего прЫнца в малиновом пиджаке, сегодня - примерить на себя образ гламурной кисо и очаровать своего олигарха.
И плевать она хотела на мнение рафинированных европейцев! Ей в кайф плыть по Парижу с "D&G" на всю грудь на 12см шпильке и чувствовать себя звездой. Да и мужчины требуют вечного праздника, в конце концов, их меньше по статистике, пусть бабы поднапрягутся!
А может, раз всех все устраивает, и менять ничего не нужно? Но за державу все таки обидно...
"Ленин верно заметил, что в России есть две культуры: дворянская и «наша». Дворянская культура не жалела сил, чтобы поднять статус русской женщины. Стихами и прозой Пушкин и Тургенев, Тургенев и Пушкин вбивали в русские головы, что женщины выше, честнее, благороднее мужчин. Некрасов изобразил декабристских жен идеалом национального характера. Толстой, Достоевский, Чехов – да все они! – вознесли женщину на пьедестал, но она там не устояла. «Наша» культура оказалась сильнее. Она не была такой многословной, велеречивой, но пословицы выдали ее сущность, говоря сами за себя. Пословицы раздавили женщину как человека. Она стала предметом насмешек и унижения. Она потеряла вдобавок и статус женщины. Она превратилась в бабу, то есть определилась презрительным словом, непереводимым на большинство иностранных языков."
Печально, но факт. Россия легко рассталась с идеей "вознесения женщины на пьедестал", потому что этого в принципе не было в русской культуре. Русские люди - неисправимые язычники. Привози ты им из Европы хоть какие идеалы, образцы искусства и т.п. - наступит тот день, когда они разожгут костер и, приплясывая, радостно все это забудут. Только идолы меняются, суть остается. В русском человеке бушует стихия! И медленно, планомерно его воспитать в каком бы то ни было духе не получится, можно даже не пытаться.
Русской женщине и самой нравится быть бабой. Ну какой с бабы спрос? Ей бы счастья, простого, женского (в каком еще языке присутствует особняком "женское" счастье?). Во времена царизма - поиграть в принцессу, в советское время - достать помадку, сапожки, бусики какие и стать женой главного инженера, в 90-е найти своего прЫнца в малиновом пиджаке, сегодня - примерить на себя образ гламурной кисо и очаровать своего олигарха.
И плевать она хотела на мнение рафинированных европейцев! Ей в кайф плыть по Парижу с "D&G" на всю грудь на 12см шпильке и чувствовать себя звездой. Да и мужчины требуют вечного праздника, в конце концов, их меньше по статистике, пусть бабы поднапрягутся!
А может, раз всех все устраивает, и менять ничего не нужно? Но за державу все таки обидно...
Потрясающе красивая женщина, моя новая любовь)
Оригинал взят у
tanushe в Georgia O'Keeffe (1887 – 1986), Джорджия О’Киф 
By Alfred Stieglitz
( +8 )
Оригинал взят у
By Alfred Stieglitz
( +8 )
Не могу не сделать перепост. Очень интересные работы, очень интересная судьба!
Оригинал взят у
struch0k в Suzanne Valadon (1865-1938)
Оригинал взят у
Сюзанна Валадон. Дочь прачки, отец неизвестен. Была цирковой акробаткой, но повредила спину. Затем работала швеей и натурщицей. Перетусовалась с половиной художественного Парижа (а тусовка в те-то времена была знатнейшая!). Стала первой женщиной, принятой в местный союз изящных искусств. К концу жизни добилась и финансового успеха.
Редкий в до-модернистском искусстве случай исполнения (при том весьма и весьма профессионального!) эротических сюжетов женщиной-художником.

After the bath, 1908.
( Дальше... )
( +9 )
Редкий в до-модернистском искусстве случай исполнения (при том весьма и весьма профессионального!) эротических сюжетов женщиной-художником.

After the bath, 1908.
( Дальше... )
( +9 )